Category: еда

Category was added automatically. Read all entries about "еда".

митя

(no subject)

Один весьма информированный человек сказал в середине XYIII в.: «Нам, русским, хлеб не надобен – мы друг друга едим и с того сыты бываем». Этим человеком был Артемий Волынский, кабинет-министр в правление Анны Иоанновны. То есть самый что ни на есть элитный деятель. Знал человек, что говорил – поучастововал в рубках в высших эшелонах власти того времени в полной мере. И завершил свои дни очень по-русски – в пытках на дыбе.

http://www.yermak.com.ua/txt/pol/art_higley.html

------------------------------------------------------

"Нам, русским, не надобен хлеб - друг друга едим, с того сыты бываем" - говорил юродивый первой половины 18 века Тихон Архипыч, лучше всего определив "умоначертание" современного русского шляхетсва"
Это из Д.А. Корсакова

http://ivanov-petrov.livejournal.com/459289.html

-------------------------------------------------------

Это Пикуль приписал эту фразу Артемию Волынскому в своем "Слове и деле", А Гаман-Голутвина, видать, Пикуля тайком почитывала. Мережковский, кстати, приписал эту фразу царевичу Алексею, в третьей части своей известной трилогии.
Действительно, чисто русская фраза. Горькое признание, покаянное. Но не без некоторого и даже очень сильного недоговора.
http://ivanov-petrov.livejournal.com/459289.html?thread=13613849#t13613849

Потерпите, братики-сударики!

Но когда убрались с сеном, то оказалось, что животы кормить будет нечем; когда окончилось жнитво, то оказалось, что и людишкам кормиться тоже нечем. Глуповцы испугались и начали похаживать к бригадиру на двор.
- Так как же, господин бригадир, насчет хлебца-то? похлопочешь? - спрашивали они его.
- Хлопочу, братики, хлопочу! - отвечал бригадир.
- То-то; уж ты постарайся!
В конце июля полили бесполезные дожди, а в августе людишки начали помирать, потому что все, что было, приели. Придумывали, какую такую пищу стряпать, от которой была бы сытость; мешали муку с ржаной резкой, но сытости не было; пробовали, не будет ли лучше с толченой сосновой корой, но и тут настоящей сытости не добились.
- Хоть и точно, что от этой пищи словно кабы живот наедается, однако, братцы, надо так сказать: самая это еда пустая! - говорили промеж себя глуповцы.
Базары опустели, продавать было нечего, да и некому, потому что город обезлюдел. "Кои померли", - говорит летописец, - кои, обеспамятев, разбежались кто куда". А бригадир между тем все не прекращал своих беззаконий и купил Аленке новый драдедамовый платок. Сведавши об этом,
- А ведь это поди ты не ладно, бригадир, делаешь, что с мужней женой уводом живешь! - говорили они ему, - да и не затем ты сюда от начальства прислан, чтоб мы, сироты, за твою дурость напасти терпели!
- Потерпите, братики! всего вдоволь будет! - вертелся бригадир.
- То-то! мы терпеть согласны! Мы люди привышные! А только ты, бригадир, об этих наших словах подумай, потому не ровен час: терпим-терпим, а тоже и промеж нас глупого человека немало найдется! Как бы чего не сталось!

(no subject)

Бытует мнение, что рэп - это кал (ты попал, ты попал / даёшь металл etc). Но мне жанр нравится, и я решил в нём попробоваться. Вторично, конечно, получается, но сердито...


Рэп № раз.
В трениках и майке.


На работу я хожу в костюме, а дома в трениках и в майке.
Экономлю на одежде, коплю бабки (на поездку?) на Ямайку.
Там, я знаю, хорошо, солнце, пляж, море, негритянки.
Правда за них можно получить от негров местных островитян. Но
денег пока не собрал, их всегда совсем малым малО,
В притык хватает на не слишком дорогое бухло.
Иногда даже приходится сдавать пустые бутылки,
А набухиваюсь я так, что глаза лезут на затылок.
Утром проблюёшься, встанешь едва-едва,
Кальсоны тока напялишь, вот уже и на работу пора.
И вот снова я выбрит, в костюме, трясусь в маршрутке,
Длинные пробки, в дороге делаю большие промежутки.
Долго не могу попасть в офис, постоянно забываю свой этаж,
Он у меня очень высоко, сто пятнадцатый аж.
Охрана проверяет в дверях,
С бодуна меня бывает не узнать даже друзьям.
И вот я целый день отвечаю на звонки и сам куда-то звоню,
Говорю с кем-то, а сам при этом реально торможу.
Наверно про$бу сегодня много-много сделок,
За это босс меня замурует в застенок.
Интернет, калькулятор, 1С-Бухгалтерия -
Такой мой антураж, такая вот, бля, бижутерия.
В перерыве я бегу в магазин покупать минералку.
Минералка - это важно, когда ты алко
Голик, и тебе нельзя сейчас опохмеляться.
Нужно держаться до конца рабочего дня, а то все будут смеяться.
(А то будут за$упаться).
Руки ещё трясутся, не попадаю на телефонные кнопки.
Представляю мысленно, как взрываю пивные пробки.
Схожу лучше по$сать. Сходил, застёгиваю ширинку.
Ох, бляха-муха, забыл, сегодня ж корпоративная вечеринка!
Посвящённая дню рождения нашей великой корпорации.
Заказан клоун и певица и всякие там папарацци.
Опасно, если выпью коктейля при людях на старые дрожжи,
Стану на экстра-турбо-мега зомби похожим.
А если будет водка, тогда вообще за себя не отвечаю,
Могу пристать к певице или что там ещё даже не знаю.
Выходит гендиректор, говорит, всем по машинам,
Я еду с кем-то на девятке, он сам едет в лимузине.
И вот мы приезжаем не то в какой-то клуб, не то в казино,
Что то, что другое - одно говно.
Сверкают стробоскопы, свечи-шпроты-балычок,
Ко мне за столик присел какой-то странный морячок.
На сцене Азиза или Зульфия, я так и не понял,
Покачивает бёдрами и в микрофон эротически стонет.
Потом перед нами выступает директор и его какие-то гости,
- Что же, гостям мы всегда рады, милости просим!
На блюдах уже ничего не осталось, валяются кости,
Последний бутерброд сожрал Коробковский Костя.
По$уй бутерброд, ещё есть много водки,
Но Костя идиот начинает метать заводки.
А тут ещё припёрлась бухгалтерша Люся,
Всегда строгая-серьёзная, но сейчас напитая в зю-зю тут.
Шепчет ерунду и лезет Косте в штаны,
Я выливаю им на головы большой графин воды.
Охранник Иван мне выворачивает руки,
Я слабо сопротивляюсь, но кричу: "Пустите, суки!"
Директор всё это видит из своего президиума,
Говорит охране: "Ну-ка выведите его, на".
Видимо, я будут выгнан без выходного пособия,
Но сейчас меня волнует это всё не особенно.
Вот только жаль, что не уехать ни на какую Ямайку.
Просыпаюсь на полу в тех же трениках и в майке.


Рэп № двас. Икея.

Подруга мне сказала и я уже тихо $уею,
Что сегодня мы с нею должны ехать вместе в Икею.
Завтракаем плотно, заводим авто,
Едем покупать всякое говно.
Припарковались очень быстро – за пейсят три минуты,
Припарковаться быстрее – $ер вам на блюде.
И вот мы у входа, ну что, куда пойдём?
Рукавичку мы с тобою обязательно найдём.
Тут кухни и спальни, гостиные, детские,
Цены доступные, качество опупительно шведское.
Гарнитуры, матрацы, кровати, комоды,
Меня лично больше интересуют ванные комнаты.
Унитазы, сральники, контейнеры для бумаги –
Вот это мне близко, мне близка такая шняга.
С детства я обожал горшок,
К сожалению, в этом я, похоже, одинок.
Подруге больше по нраву разные шкафчики,
Тюфяки, пуфики, стоечки, ящички.
Блямбочки, бздюлечки, люстрочки, тазики,
И другие разнообразные милые прибамбасики.
Смотри, какой шкаф-красавец, называется Анебуда!
Хранить майки и носки мы в нём с тобою будем.
Мне нравится Эгельста, подвесной светильник.
А в кухню Фактум хорошо войдёт новый холодильник.
Очень подойдут к этой кухне дверцы Калсэбу,
А на столе Висдалене будем сидеть за обедом.
Прономен столешница, Хусула барный табурет,
Я уже представил, какой какой всё это бред,
Поглядев на ценник всей этой кухни,
И сказал, подруга, а ты не опухнешь?
Она сказала, я урод и бомж, и не современный,
Пора менять стиль жизни и стать степенней.
Тем более, так все сейчас живут,
Это не для богатых, все покупают тут.
Вот Хунгриг – подушка для высокого стульчика,
Можно в горошек? а можно и в рубчик? Да.
Ковёр из сезаля под названием Ведбэк,
Я уже ждал, всё, когда же кам бэк?
От этих названий голова закружилась,
В глазах потемнело, сердце учащённо забилось.
Слёинге, Малюнк, Госа Кела, Досэфа,
Маммут, Буфинк, Мата, Туффинг, Хоберг, Шэрна.
Свепа, Ардала, Блинка, Дрёмма, Хакебу
Мюкке, Глис, Лите, Миса, Мольн, я $бу.