February 24th, 2010

Гаруда

(no subject)

"Святая Катерина, пошли мне дворянина".

Протоиерей Василий Разсказов
[info]logos_
February 10th, 18:15

Между прочим, так молиться нельзя. С непосредственными просьбами можно обращаться только к Богу, только Он может "послать" блага. А святой - это просредник. Как при жизни праведника к нему обращаюся с просьбой помолиться за кого-то, поскольку считают, что такая молитва действеннее, так и после смерти его просят о том же, о заступничестве.

http://users.livejournal.com/logos_/92157.html
Гаруда

Банановая рыбка (с)

Т. Толстая: Что такое bananafish? Это что, почему?
В. Голышев: Не знаю, что…
Т. Толстая: Вот этот, сэлинджеровский … ну, понятно.
В. Голышев: Я не знаю, что это такое.
Т. Толстая: Почему так называется рассказ, что это все?
В. Голышев: А это я до сих пор не знаю. Я переводил его мальчиком вообще, еще в институте учился.
Т. Толстая: Мне рассказали… я слышала эту версию, но я ни у кого это проверить не могла. Я у американцев спрашивала - они не знают.
В. Голышев: Говорят, селедка, селедка - нет. Никакая не селедка.
Т. Толстая: Говорят, что это жаргон нью-йоркских мальчишек, конца 40-х годов: берется презерватив, наполняется мочой, завязывается и бросается сверху здания. Высокие здания в Нью-Йорке. Как смешно: он порвется, прохожего обрызгает. Это называется bananafish - такой длиненький, желтенький.
В. Голышев: Это я с приятелем переводил, я еще студентом был в это время, и нам даже в голову не пришло узнавать, что это такое. По тупости.

Вот запись этого выпуска “Школы злословия”: http://video.yandex.ru/users/prozapas5/view/10

По-моему, в телепередаче не совсем верно интерпретируется эта деталь рассказа. Ни к чему там описываемый жаргон. Давайте попробуем разобраться, что такое bananafish.

Вот как описывает рыбку-бананку главный герой рассказа:

“They lead a very tragic life,” he said. “You know what they do, Sybil?”
She shook her head.
“Well, they swim into a hole where there’s a lot of bananas. They’re very ordinary-looking fish when they swim in. But once they get in, they behave like pigs. Why, I’ve known some bananafish to swim into a banana hole and eat as many as seventy-eight bananas.” He edged the float and its passenger a foot closer to the horizon. “Naturally, after that they’re so fat they can’t get out of the hole again. Can’t fit through the door.”
“Not too far out,” Sybil said. “What happens to them?”
“What happens to who?”
“The bananafish.”
“Oh, you mean after they eat so many bananas they can’t get out of the banana hole?”
“Yes,” said Sybil.
“Well, I hate to tell you, Sybil. They die.”
“Why?” asked Sybil.
“Well, they get banana fever. It’s a terrible disease.”

Вадим Григорьевич Байков так анализирует bananafish:

“Рыбка-бананка” как номинация пробуждает целое напластование отрицательных ассоциаций с производными смыслами слов banana и fish в английском языке. Banana – это и “комик” в эстрадном шоу, и “идиот”, и “чепуха” как восклицание bananas!, и “придурок” и т.п., а fish (рыба) – это и “новичок”, и “неопытный рабочий”, и тот же “глупец”, особенно – удобный для всяких “подстав” (ср. наше “лох”). Есть здесь и сема некротизации (труп), а “рыбной бочкой” (fish-bowl, fish-tank) называют тюрьму. Прилагательное fishy связывается с качествами ненадёжности, неэтичности, порочности, лживости, неискренности действий и слов. Как символ общества ненасытного потребления, в котором вынужден существовать его “аутсайдер” Сеймур Гласс, это слово пробуждает ассоциации с похотью, податливостью, неустойчивостью, глупостью. Поведение носителей этих качеств вызывает у Глассов горький смех и сожаление о том, что они тратят свою жизнь на потакание своим прихотям и гонку за “сладостями” под девизом carpe diem!, что и загоняет их, в конце концов, в “банановую тюрьму”, откуда нет выхода.

Отсюда

Collapse )